ЖИТИЕ СВЯТЫХ.

ЖИТИЕ СВЯТЫХ.

Пётр и Феврония Муромские.

(В честь этих святых в России 8 июля отмечается день любви).

История Петра и Февронии не один век существовала в преданиях Муромской земли, где они жили и где сохранялись их мощи. Записал повествование о святых, ставших образцом христианского брачного союза, священник Ермолай Еразам, талантливый литератор эпохи Ивана Грозного. В середине ХХ века историю муромских супругов пересказал писатель Алексей Ремизов, мастер обработки старинных преданий, который создал повествование «О Петре и Февронии Муромских», наполненное яркими образами и духом народных сказаний.

Деревенская целительница.

Петр был вторым сыном му­ромского князя Юрия. Княжил в городе в описываемые времена (конец XII века) его старший брат Павел. Однажды в семье Павла случилась беда – по наущению дьявола к его жене повадился летать огненный змей. Несча­стная женщина, уступив демон­ской силе, во всем призналась мужу. Князь велел супруге выве­дать у злодея тайну его смерти. Выяснилось, что погибель тому «суждена от Петрова плеча и Агрикова меча (Агрик – богатырь из древнерусского эпоса)».

Петр тотчас решился убить насильника. При молитве в храме открылось, где хранится Агриков меч – его нашли в ал­тарной стене. Выследив змея, Петр сразил демона. Но перед смертью адская тварь обрызгала победителя ядовитой кровью. Тело героя покрылось струпьями и язвами. Ничто не могло его из­лечить. Но Господь послал Петру вещий сон: исцелить его может дева Феврония, дочь бортника, добывавшего дикий мед.

Февронию, крестьянку дерев­ни Ласковой в Рязанской земле, слушались птицы и дикие звери. Она знала свойства трав и кам­ней, умела лечить недуги, была красива, добра и благочестива. Петра, который сам ходить уже не мог, привезли к дому целительницы. Он послал сказать девушке о любой награде, если сможет ему помочь. «Я хочу его вылечить, – ответила Феврония, – но вот к нему слово мое: если я не стану супругой ему, то и лечить мне не подобает». Дере­венская целительница прозрела будущее: только с нею Петр бу­дет здоров телом и душой.

Жениться Петр пообещал, но слукавил: гордость княжеского рода мешала согласиться на по­добный брак. Феврония зачерп­нула хлебной закваски, дунула на нее и велела молодцу вымыться в бане, смазав все струпья, кро­ме одного. Она назначила такое лечение не случайно.

Как Христос, исцеляя прока­женных, слепых и паралитиков, через телесные недуги врачевал душу, так и Феврония, зная, что болезни Бог посылает во испы­тание и за грехи, назначила ле­чение для плоти, подразумевая духовный смысл.

Баня, по Священному Писа­нию, – образ крещения и очи­щения грехов. Закваске же сам Христос уподобил Царствие Не­бесное, которое наследуют души, очищенные баней крещения.

Однако Феврония, прозрев ложь и гордыню Петра, велела ему оставить несмазанным один струп – свидетельство греха. Вскоре от этого струпа болезнь возобновилась. Князю пришлось вернуться к Февронии. Теперь он сдержал слово и взял дочь борт­ника в жены. «И прибыли они в вотчину свою, город Муром, и начали жить благочестиво».

Изгнание.

После смерти брата Петр стал править в Муроме. Бояре ниче­го против не имели, но их жен оскорбляло, что княгиня – про­столюдинка. Собравшись, знат­ные мужья известили князя, что согласны подчиняться ему, но вот боярыни не хотят кланяться бывшей крестьянке. Петр, вы­слушав их мнение, улыбнулся: «Скажите об этом Февронии, послушаем, что она думает».

Обрадованные, бояре предло­жили Февронии оставить мужа и покинуть город. «Что же вы дади­те мне взять с собой?» – спросила она. «Да что угодно! – поклялись бояре. – Все, что хочешь, любые богатства!» «Хорошо. Но я хочу забрать только одно – своего мужа!» – ответила Феврония. Боя­ре были ошеломлены. Но боясь нарушить свою клятву, решили: пусть князь сам сделает выбор. Каждый подумал, что Петр может уйти вместе с женой, и то­гда при благоприятном стечении княжить сможет любой из них. Узнав о решении Февронии, Петр сказал слова из Библии: «Что Бог сочетал, того человек не разлу­чает» и стал собираться в дорогу вместе с любимой женщиной. С несколькими приближенными изгнанные супруги поплыли по Оке, куда Бог направит.

Некий придворный, плывший со своей семьей, похотливо засмот­релся на красивую княгиню. Она с укоризной сказала: «Почерпни воду с одной и другой стороны лодки. Одинакова вода или одна слаще другой?» – «Одинакова», – отвечал тот. «Так и естество жен­ское одинаково», – молвила Фев­рония. – «Почему же ты о чужой жене помышляешь?» Обличенный смутился и покаялся в душе.

Вечером они причалили к бере­гу и стали устраиваться на ноч­лег. «Что теперь с нами будет?» – с грустью размышлял Петр, а Феврония ласково утешала его: «Не скорби, милостивый Бог не оставит нас в беде!» В это время повар принялся готовить ужин и, чтобы повесить котлы, срубил две маленькие березки. Когда окон­чилась трапеза, княгиня благословила обрубки словами: «Да будут они утром большими деревьями». Так и случилось: наутро на этом месте два деревца весело шеле­стели листвой. Этим чудом она хотела укрепить дух супруга. Ведь коли «для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет» (Книга Иова, 14:7), то человек, надеющийся на Госпо­да, будет иметь благословение и в этой жизни, и в будущей.

Не успели они собраться в путь, приехали послы из Мурома, умо­ляя Петра вернуться. Бояре по­ссорились из-за власти, началась междоусобица, было перебито много народа. В довершение всего в городе случился большой пожар. Бояре не выдержали и от­правились на поиски Петра.

И умерли в один день…

Князь и княгиня возвратились в Муром-город и правили дол­го и счастливо. Когда подошло время старости, они умолили Бога, чтобы им умереть в один день. И завещали, чтобы обоих положили в одну гробницу, велев сделать из одного камня два гро­ба, имеющие меж собой тонкую перегородку. В одно время при­няли супруги монашество, князь – с именем Давида, Феврония – с именем Ефросинии.

Однажды Петр почувствовал, что умирает, и отправил послуш­ника в соседний монастырь к жене. В это время Феврония вы­шивала золотом покрывало чаши для причастия. «Пусть подождет, мне надо закончить», – просила передать Феврония. Через не­которое время опять прибежал послушник с сообщением, что ее супруг умирает. И опять про­сила Феврония подождать. Когда в третий раз посыльный сказал, что князь отходит, Феврония сде­лала последний стежок, воткнула иголку в шитье, обмотав иголку золотой нитью, и умерла. Это случилось 8 июля 1228 года.

После их кончины князя Петра решили похоронить в городе, у соборной Богородичной церкви, а Февронию – в загородном жен­ском монастыре. Сочли, что, раз они стали иноками, нельзя их хо­ронить вместе. Тело Петра поло­жили в один гроб и поставили до утра в городской Богородичной церкви. Тело Февронии положи­ли в другой, поставив его в заго­родной Крестовоздвиженской церкви. Общий же гроб, который они повелели высечь себе из од­ного камня, остался пустым в том же городском соборном храме Пречистой Богородицы.

Но на другой день утром люди увидели, что отдельные гробы, в которые были положены Петр и Феврония, пусты, а их тела нахо­дятся в общем гробу. Пару снова попытались разлучить, перело­жив останки в отдельные гро­бы. Но утром муж и жена опять оказались в одном гробу. После этого приближенные и церков­ники уже не смели трогать тела и погребли их возле соборной церкви, как супруги желали того сами – в одном гробе.

Через триста с лишним лет Петр и Феврония были причислены к лику святых. А в 1552 году Иван Грозный, во время похода на Казань, отслужил в Муроме молебен Петру и Февронии, по­обещав в случае победы над тата­рами воздвигнуть над их мощами каменный собор. Свое обещание царь исполнил: вскоре над моги­лой святых вознесся красивый храм, а из Москвы прислали в него икону святых Петра и Фев­ронии, «писанную на золоте».

После революции гробницу свя­тых передали Муромскому музею, но сейчас она возвращена церкви и перенесена в Муромский Свято-Троицкий женский монастырь.

В Москве икона и частица мо­щей святых Петра и Февронии находятся в храме Вознесения Господня («Малое Вознесение») на Большой Никитской улице.

Праздник любви и семьи.

Идея учредить 8 июля нацио­нальный День любви в честь Петра и Февронии возникла у жителей Мурома. Инициативу поддержала Русская православ­ная церковь и правительство. В 2008 году праздник получил официальный статус.

Священнослужители отмечают, что «февроньки», как быстро про­звали отечественный праздник семьи, любви и верности журна­листы, нельзя сравнивать с като­лическим Днем святого Валенти­на. Они считают, что День святых Петра и Февронии имеет более глубокое значение. «14 февраля празднуется как День влюбленных, а ведь влюбленность не все­гда заканчивается любовью, а уж тем более семьей и верностью», – отмечает патриарх Кирилл.

За два года День семьи, любви и верности обрел собственные приметы. Особую популярность 8 июля завоевало как дата всту­пления в брак. Также в этот день проводятся чествования супру­жеских пар, празднующих золо­тые и бриллиантовые свадьбы, проходят торжественные реги­страции новорожденных.

В Москве в Кузьминках изю­минкой праздника стала уста­новка в прошлом году бронзовой скамьи «примирения» – ориги­нальная наклонная конструкция не позволит поссорившейся паре усидеть, не прижавшись, друг к другу. Авторы надеются, что скамья станет одним из заветных мест для влюбленных.

Валерий Сафронов

Похожие записи по теме

Написать ответ

Thanks: Offmusic